![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bratpack1980sМалибу, год, пожалуй, всё тот же 1976. Приключения братьев Лоу, Шинов и Пеннов продолжаются...
Я стою на крыше обветшалого амбара у нас на заднем дворе. Подо мной Крис Пенн и мой брат Чад настраивают восьмимиллиметровую камеру. Крис режиссёр, мы снимаем нашу совместно продюсируемую версию «Человека на шесть миллионов долларов». Крис узнал у своего отца Лео, известного телевизионного режиссёра, о хитростях создания спецэффектов и придумал, как мне (в роли полковника Стива Остина) запрыгнуть на высоту второго этажа – на крышу амбара. На мою беду, для этого требуется, чтобы я спрыгнул с крыши задом наперёд. Потом мы пустим плёнку в обратном направлении, и будет казаться, что я прыгаю вверх, а не вниз.
Из жалости ко мне Чад притаскивает заплесневелое кресло-мешок, которое мы нашли в гараже, и помещает его внизу, чтобы смягчить моё падение. Стоя на крыше, я вижу всё окрест, до самого океана; лёгкий бриз обдувает мою спину. Я смотрю вниз на кресло-мешок и думаю: Лео Пенн наверняка не просит своих каскадёров спрыгивать на какое-то кресло! Любой нормальный человек сказал бы Крису, чтобы он сам лез сюда и прыгал. Но увы – я ужасно азартный, адреналиновый наркоман, и никогда не пасую перед вызовом. И еще я счастлив, что он наконец-то взял меня в одну из киноэпопей Пеннов и Шинов, которые они снимают по всей нашей округе. Если бы я отказался, эта козырная роль наверняка досталась бы Чарли или Эмилио.
«И – мотор!» - кричит Крис, глядя на меня сквозь камеру.
Я смотрю на моего брата, тот отворачивается.
«Да блин, ну что тут такого страшного?» - думаю я и прыгаю, спиной вперёд, но целясь в кресло, стараясь не задеть выступающий край крыши. Я попадаю точно в середину кресла. Я чувствую хруст в лодыжке, а за ним пронзительную боль. Немедленно я понимаю, что нога сломана.
В каком-то смысле нужно быть ненормальным, чтобы стать актёром. В вас должна быть некая доля мазохизма, чтобы справляться с отказами при неудачной карьере и с неослабевающим вниманием к вам при удачной. Вы должны уметь отключать логическое мышление, тот голос, который твердит вам: «Две трети членов актёрской гильдии зарабатывают меньше тысячи долларов в год, найди настоящую работу», или – «не прыгай с крыши, кретин!» Но если актёрство действительно ваше призвание, если оно правда у вас в крови, то трагических/героических отклонений у вас будет с лихвой. И когда вы снимаете сцену или трюк, пусть даже для любительского фильма восьмиклассников, и ломаете лодыжку, вы не скажете «позовите доктора». Вы скажете – «ты снял?» И если ответ «да», то боли больше не будет – только эйфория.
Перевод: АК
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
Я стою на крыше обветшалого амбара у нас на заднем дворе. Подо мной Крис Пенн и мой брат Чад настраивают восьмимиллиметровую камеру. Крис режиссёр, мы снимаем нашу совместно продюсируемую версию «Человека на шесть миллионов долларов». Крис узнал у своего отца Лео, известного телевизионного режиссёра, о хитростях создания спецэффектов и придумал, как мне (в роли полковника Стива Остина) запрыгнуть на высоту второго этажа – на крышу амбара. На мою беду, для этого требуется, чтобы я спрыгнул с крыши задом наперёд. Потом мы пустим плёнку в обратном направлении, и будет казаться, что я прыгаю вверх, а не вниз.
Из жалости ко мне Чад притаскивает заплесневелое кресло-мешок, которое мы нашли в гараже, и помещает его внизу, чтобы смягчить моё падение. Стоя на крыше, я вижу всё окрест, до самого океана; лёгкий бриз обдувает мою спину. Я смотрю вниз на кресло-мешок и думаю: Лео Пенн наверняка не просит своих каскадёров спрыгивать на какое-то кресло! Любой нормальный человек сказал бы Крису, чтобы он сам лез сюда и прыгал. Но увы – я ужасно азартный, адреналиновый наркоман, и никогда не пасую перед вызовом. И еще я счастлив, что он наконец-то взял меня в одну из киноэпопей Пеннов и Шинов, которые они снимают по всей нашей округе. Если бы я отказался, эта козырная роль наверняка досталась бы Чарли или Эмилио.
«И – мотор!» - кричит Крис, глядя на меня сквозь камеру.
Я смотрю на моего брата, тот отворачивается.
«Да блин, ну что тут такого страшного?» - думаю я и прыгаю, спиной вперёд, но целясь в кресло, стараясь не задеть выступающий край крыши. Я попадаю точно в середину кресла. Я чувствую хруст в лодыжке, а за ним пронзительную боль. Немедленно я понимаю, что нога сломана.
В каком-то смысле нужно быть ненормальным, чтобы стать актёром. В вас должна быть некая доля мазохизма, чтобы справляться с отказами при неудачной карьере и с неослабевающим вниманием к вам при удачной. Вы должны уметь отключать логическое мышление, тот голос, который твердит вам: «Две трети членов актёрской гильдии зарабатывают меньше тысячи долларов в год, найди настоящую работу», или – «не прыгай с крыши, кретин!» Но если актёрство действительно ваше призвание, если оно правда у вас в крови, то трагических/героических отклонений у вас будет с лихвой. И когда вы снимаете сцену или трюк, пусть даже для любительского фильма восьмиклассников, и ломаете лодыжку, вы не скажете «позовите доктора». Вы скажете – «ты снял?» И если ответ «да», то боли больше не будет – только эйфория.
Перевод: АК
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...