Малибу, конец октября 1977 года.
В школе начались разговоры про Хэллоуин, который быстро приближался и был здесь важным событием. Для и без того диких и неуправляемых детских банд это был идеальный повод окончательно распоясаться, обливать покрышки бензином, поджигать их и неожиданно скатывать вниз по улице в толпу детей, сыпать сахар в бензобаки машин и кидаться яйцами людям прямо в лицо. Пена для бритья использовалась как слезоточивый газ. Это было рождественское утро для хулиганов.
И, признаюсь честно, я сам не мог устоять перед азартом этого низкопробного бесчинства. Я тоже должным образом вооружился, чтобы защитить себя, если потребуется. Имея при себе дюжину яиц и полный баллон «Барбазола» [пена для бритья], я встретился с компанией ребят, и мы пошли гулять по округе. Это была идеальная, сухая, свежая, безлунная ночь. Костюмов ни на ком из нас не было – это для малышни, а не для молодых людей, вышедших на задание. Если бы нам захотелось повыпрашивать конфет, у нас была при себе какая-то маска за двадцать центов.
Моей первой остановкой был дом Шинов. Стуча в дверь, я надеялся, что мне повезёт увидеть ставшего к этому времени легендой Мартина Шина, который недавно вернулся из своей киносъёмочной одиссеи «Апокалипсиса сегодня». Ходили слухи, что на съёмках он едва не погиб, и что он, возможно, сошёл с ума во время пребывания в зловонных филиппинских джунглях. Хотя мы с Чарли и Эмилио часто общались, снимая наши любительские фильмы, они никогда не говорили о своём отце.
Мы с приятелями ждали у двери, но никто не открыл. Так что мы двинулись дальше, к другим домам, швыряясь яйцами время от времени. Когда мы замышляли очередную проделку, из кустов на нас выскочил человек, перепугав нас до смерти.
«Чего это вы делаете, пацаны?» - спросил мужчина, с ног до головы одетый в камуфляж и размахивающий гигантской бейсбольной битой.
«Н-ничего, просто конфеты выпрашивать вышли», - ответили мы. Мужчина приблизился, чтобы рассмотреть нас. В темноте казалось, что на лице у него боевая раскраска, но трудно было сказать точно.
«Это мой район. Я сегодня в патруле! Чтобы никаких фокусов при мне! Поняли?» Он посмотрел на моих друзей, те молчали. «Ты понял?» - повторил он, на сей раз глядя на меня.
«Да, сэр», - ответил я, понимая, что будет, пожалуй, хорошей идеей говорить «сэр», когда на тебя в темноте наезжает чувак в военной форме, с бейсбольной битой и со стремлением охранять порядок.
«Хорошо», - сказал он и шарахнул битой по тротуару, от чего мы подпрыгнули. «Я буду на страже».
С этими словами он развернулся и исчез во тьме. Когда опасность миновала, один из моих друзей выдохнул и усмехнулся: «Эй, Лоу, ты говорил, что хочешь познакомиться с Мартином Шином? Ну, вот и познакомился».

Семейная фотография Шинов, сделанная для прессы. Слева направо: Эмилио, мистер Мартин Шин, Чарли, Рене, миссис Джанет Шин, Рамон.
Перевод: АК
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
В школе начались разговоры про Хэллоуин, который быстро приближался и был здесь важным событием. Для и без того диких и неуправляемых детских банд это был идеальный повод окончательно распоясаться, обливать покрышки бензином, поджигать их и неожиданно скатывать вниз по улице в толпу детей, сыпать сахар в бензобаки машин и кидаться яйцами людям прямо в лицо. Пена для бритья использовалась как слезоточивый газ. Это было рождественское утро для хулиганов.
И, признаюсь честно, я сам не мог устоять перед азартом этого низкопробного бесчинства. Я тоже должным образом вооружился, чтобы защитить себя, если потребуется. Имея при себе дюжину яиц и полный баллон «Барбазола» [пена для бритья], я встретился с компанией ребят, и мы пошли гулять по округе. Это была идеальная, сухая, свежая, безлунная ночь. Костюмов ни на ком из нас не было – это для малышни, а не для молодых людей, вышедших на задание. Если бы нам захотелось повыпрашивать конфет, у нас была при себе какая-то маска за двадцать центов.
Моей первой остановкой был дом Шинов. Стуча в дверь, я надеялся, что мне повезёт увидеть ставшего к этому времени легендой Мартина Шина, который недавно вернулся из своей киносъёмочной одиссеи «Апокалипсиса сегодня». Ходили слухи, что на съёмках он едва не погиб, и что он, возможно, сошёл с ума во время пребывания в зловонных филиппинских джунглях. Хотя мы с Чарли и Эмилио часто общались, снимая наши любительские фильмы, они никогда не говорили о своём отце.
Мы с приятелями ждали у двери, но никто не открыл. Так что мы двинулись дальше, к другим домам, швыряясь яйцами время от времени. Когда мы замышляли очередную проделку, из кустов на нас выскочил человек, перепугав нас до смерти.
«Чего это вы делаете, пацаны?» - спросил мужчина, с ног до головы одетый в камуфляж и размахивающий гигантской бейсбольной битой.
«Н-ничего, просто конфеты выпрашивать вышли», - ответили мы. Мужчина приблизился, чтобы рассмотреть нас. В темноте казалось, что на лице у него боевая раскраска, но трудно было сказать точно.
«Это мой район. Я сегодня в патруле! Чтобы никаких фокусов при мне! Поняли?» Он посмотрел на моих друзей, те молчали. «Ты понял?» - повторил он, на сей раз глядя на меня.
«Да, сэр», - ответил я, понимая, что будет, пожалуй, хорошей идеей говорить «сэр», когда на тебя в темноте наезжает чувак в военной форме, с бейсбольной битой и со стремлением охранять порядок.
«Хорошо», - сказал он и шарахнул битой по тротуару, от чего мы подпрыгнули. «Я буду на страже».
С этими словами он развернулся и исчез во тьме. Когда опасность миновала, один из моих друзей выдохнул и усмехнулся: «Эй, Лоу, ты говорил, что хочешь познакомиться с Мартином Шином? Ну, вот и познакомился».

Семейная фотография Шинов, сделанная для прессы. Слева направо: Эмилио, мистер Мартин Шин, Чарли, Рене, миссис Джанет Шин, Рамон.
Перевод: АК
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...