Том Круз в гостях у Роны Баррет, 1984
Jul. 20th, 2018 06:19 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
bratpack1980sРона Баррет, "королева голливудских сплетен", иной раз бывала беспощадной со знаменитостями, однако юный Том Круз, с которым она сделала это интервью в 1984 году, похоже, совершенно её очаровал. Замечательная беседа, очень тёплая и даже трогательная местами.
- Его первый фильм, "Рискованный бизнес", вышел в 1983 году и собрал феноменальные 70 миллионов долларов. (Кадры из фильма - знаменитый танец Джоэла в носках.) Зрители всё еще смеялись над этой сценой, а Том Круз уже снова играл главную роль - в фильме "Все верные ходы".
РБ: Я смотрю на тебя - два фильма, в которых ты только что снялся, принесли тебе невероятную славу, громкий успех. Ты думал, что с тобой может случиться что-то подобное?
ТК: Конечно, ты чувствуешь огромное давление...
РБ: С чьей стороны оно исходит?
ТК: Понимаете... кто может быть требовательнее к тебе, чем ты сам? В каждом фильме, где я снимаюсь - "Рискованный бизнес", "Все верные ходы", "Отбой", "Изгои" - меня прежде всего интересует мой личный рост, что принесёт мне удовлетворение, а не то, сколько денег я получу или какой фильм станет по-настоящему... ну, знаете, сделает меня более известным.
РБ: Ты считал себя симпатичным, ты думал, что обладаешь внешними данными, которые необходимы для карьеры в кино?
ТК: Нет. Наверное, как и любой человек, когда я смотрю в зеркало, я вижу скорее свои недостатки. Я никогда не говорил себе в зеркале: "Ого, знаешь, с таким лицом тебе надо быть актёром". (смеётся) Нет.
РБ: Я хочу знать, что тебя мотивирует, что заставляет тебя стремиться делать "верные ходы".
ТК: Верные ходы! В этом рискованном бизнесе, да. (смеются оба)
РБ: Это ведь не с неба сваливается.
ТК: Нет. Я думаю... думаю, это берёт начало в семье. То чувство, с которым я рос, желание делать что-то своё, что-то творческое. Я помню один из лучших праздников Рождества, что у меня были - мои родители только что развелись, мне было лет 12, мы жили в Кентукки, и у нас совсем не было денег. И потому за месяц до Рождества мы решили вместо подарков делать что-то хорошее друг для друга. Мы вытянули бумажки с именами - я жил с моей матерью и тремя сёстрами, нас было пятеро, - и весь месяц до Рождества ты делал что-нибудь хорошее для того человека, чьё имя ты вытянул, и в Рождество мы наконец говорили им об этом, если, конечно, они еще сами не догадались. И несмотря на очень трудные времена, наша семья нашла способ облегчить жизнь друг для друга, сохранять позитивный настрой и не впадать в уныние из-за того, что Рождество приближается, а у нас нет денег на подарки. Важнее всего было знать, что мы вместе, что мы здоровы, и наслаждаться этим моментом, сегодняшним днём.
РБ: Должно быть, очень трудно было в 11-12 лет вдруг осознать, что семья разваливается и твои родители разводятся. Как ты справлялся с этим?
ТК: Думаю, я всё еще переживаю это, какое-то чувство вины из-за их развода. Несколько лет я вообще это игнорировал, я как бы отгородил это от моей жизни. Но я думаю, что... моей младшей сестре было тяжелее. Конечно, это больно. Это всегда больно.
РБ: Ты жил в семье, в общем-то, в окружении женщин. Как это повлияло на твоё отношение к женщинам и на твой выбор ролей в фильмах?
ТК: Я люблю женщин. Меня воспитывали очень сильные женщины. Моя мать очень... да все они, они очень независимые, сильные женщины. И потому я не чувствую никакой угрозы со стороны женщин, я чувствую себя с женщинами очень комфортно.
РБ: У меня есть ощущение, что ты хочешь всеми силами оберегать и защищать своих близких. Хотя твой отец жив, и у тебя теперь есть отчим, какое-то время ты был единственным мужчиной в доме, и в традиционном смысле, от которого мы сейчас уже далеко ушли, ты всё-таки занимал место отца для всех этих женщин. Это так?
ТК: Наверное, у меня было такое чувство... Да, знаете, когда одна из них встречалась с каким-нибудь парнем, я мог посмотреть на него и сказать: "Ли-Энн - или Мариан, или Касс - ну брось, зачем тебе этот тип?" Я был неприветлив с ним, если он приходил к нам, и всё такое. Да, наверное, я всегда хотел, знаете... заботился о доме, чинил то, что ломалось, или приходил им на помощь, когда у них золотая цепочка запутывалась, всегда звали меня - "Томми, иди сюда, помоги". Думаю, да, в определённой степени... Но они сами способны о себе позаботиться, знаете.
РБ: Ты познакомился с Ребеккой во время съёмок "Рискованного бизнеса". Вы с ней сразу стали друзьями? Или это постепенно развивалось? Как вы с ней подружились?
ТК: Ребекка Де Морнэй... она потрясающий человек, и я очень уважаю её как личность. Поэтому у нас возникли отношения, из-за нашей дружбы.
РБ: Она твоё продолжение?
ТК: Моё продолжение? Да. Да, это верно.
РБ: В чём?
ТК: Это всё равно что объяснять вкус шоколадного мороженого, или почему я чувствую себя так удобно в джинсах, понимаете? Мне нравятся джинсы, мне в них удобно.
РБ: Одну секунду... (жестом просит Тома приблизиться и поправляет ему сбившуюся на лоб прядь волос) Меня это просто с ума сводит... (Том смеётся) Вот так. Хорошо, сейчас я сделаю странный переход к другой теме. В твой жизни был момент, когда ты едва не стал священником.
ТК: О, вы и правда подготовились. (смеётся) Да, я учился во францисканской семинарии, когда был в девятом классе, но я никогда не думал всерьёз о том, чтобы стать священником. К тому времени прошло уже два года после развода моих родителей, и я... знаете, я не могу сказать точно, почему я это сделал, почему я... Наверное, мне было нужно... Там была такая очень защищённая среда, в этом интернате, и... наверное, это то, что мне тогда было нужно.
РБ: Ты почувствовал себя в мире с Богом?
ТК: Чувствовал ли я себя в мире с Богом? Да. Когда я бываю доволен собой, я чувствую себя в мире с Богом.
РБ: Ты молишься, оставаясь наедине с собой?
ТК: Молюсь ли я... (смеётся, потом становится серьёзным) Вообще-то, да.
РБ: О чём ты Его просишь?
ТК: Я прошу... (долгая пауза; по его лицу видно, как одна мысль сменяет другую) Наверное, я прошу о том, чтобы я мог быть полезным... (еще одна долгая пауза) Это...
РБ: Я тоже молюсь - думаю, как и многие из нас, - но иногда мы не любим говорить об этом, потому что это что-то очень личное. Но я могу сказать тебе, что когда у меня неприятности, и даже когда их нет, я говорю Ему "спасибо".
ТК: Да.
РБ: И если я в беде, я говорю...
ТК: "Помоги". (смеётся)
РБ: Я никогда не молюсь о чём-то конкретном, я только прошу указать мне путь.
ТК: Да. В основном, я просто стараюсь быть честнее с самим собой.
РБ: Том Круз, по-моему, ты потрясающий. О большей честности и открытости и просить нельзя было бы.
ТК: Спасибо.
- Его первый фильм, "Рискованный бизнес", вышел в 1983 году и собрал феноменальные 70 миллионов долларов. (Кадры из фильма - знаменитый танец Джоэла в носках.) Зрители всё еще смеялись над этой сценой, а Том Круз уже снова играл главную роль - в фильме "Все верные ходы".
РБ: Я смотрю на тебя - два фильма, в которых ты только что снялся, принесли тебе невероятную славу, громкий успех. Ты думал, что с тобой может случиться что-то подобное?
ТК: Конечно, ты чувствуешь огромное давление...
РБ: С чьей стороны оно исходит?
ТК: Понимаете... кто может быть требовательнее к тебе, чем ты сам? В каждом фильме, где я снимаюсь - "Рискованный бизнес", "Все верные ходы", "Отбой", "Изгои" - меня прежде всего интересует мой личный рост, что принесёт мне удовлетворение, а не то, сколько денег я получу или какой фильм станет по-настоящему... ну, знаете, сделает меня более известным.
РБ: Ты считал себя симпатичным, ты думал, что обладаешь внешними данными, которые необходимы для карьеры в кино?
ТК: Нет. Наверное, как и любой человек, когда я смотрю в зеркало, я вижу скорее свои недостатки. Я никогда не говорил себе в зеркале: "Ого, знаешь, с таким лицом тебе надо быть актёром". (смеётся) Нет.
РБ: Я хочу знать, что тебя мотивирует, что заставляет тебя стремиться делать "верные ходы".
ТК: Верные ходы! В этом рискованном бизнесе, да. (смеются оба)
РБ: Это ведь не с неба сваливается.
ТК: Нет. Я думаю... думаю, это берёт начало в семье. То чувство, с которым я рос, желание делать что-то своё, что-то творческое. Я помню один из лучших праздников Рождества, что у меня были - мои родители только что развелись, мне было лет 12, мы жили в Кентукки, и у нас совсем не было денег. И потому за месяц до Рождества мы решили вместо подарков делать что-то хорошее друг для друга. Мы вытянули бумажки с именами - я жил с моей матерью и тремя сёстрами, нас было пятеро, - и весь месяц до Рождества ты делал что-нибудь хорошее для того человека, чьё имя ты вытянул, и в Рождество мы наконец говорили им об этом, если, конечно, они еще сами не догадались. И несмотря на очень трудные времена, наша семья нашла способ облегчить жизнь друг для друга, сохранять позитивный настрой и не впадать в уныние из-за того, что Рождество приближается, а у нас нет денег на подарки. Важнее всего было знать, что мы вместе, что мы здоровы, и наслаждаться этим моментом, сегодняшним днём.
РБ: Должно быть, очень трудно было в 11-12 лет вдруг осознать, что семья разваливается и твои родители разводятся. Как ты справлялся с этим?
ТК: Думаю, я всё еще переживаю это, какое-то чувство вины из-за их развода. Несколько лет я вообще это игнорировал, я как бы отгородил это от моей жизни. Но я думаю, что... моей младшей сестре было тяжелее. Конечно, это больно. Это всегда больно.
РБ: Ты жил в семье, в общем-то, в окружении женщин. Как это повлияло на твоё отношение к женщинам и на твой выбор ролей в фильмах?
ТК: Я люблю женщин. Меня воспитывали очень сильные женщины. Моя мать очень... да все они, они очень независимые, сильные женщины. И потому я не чувствую никакой угрозы со стороны женщин, я чувствую себя с женщинами очень комфортно.
РБ: У меня есть ощущение, что ты хочешь всеми силами оберегать и защищать своих близких. Хотя твой отец жив, и у тебя теперь есть отчим, какое-то время ты был единственным мужчиной в доме, и в традиционном смысле, от которого мы сейчас уже далеко ушли, ты всё-таки занимал место отца для всех этих женщин. Это так?
ТК: Наверное, у меня было такое чувство... Да, знаете, когда одна из них встречалась с каким-нибудь парнем, я мог посмотреть на него и сказать: "Ли-Энн - или Мариан, или Касс - ну брось, зачем тебе этот тип?" Я был неприветлив с ним, если он приходил к нам, и всё такое. Да, наверное, я всегда хотел, знаете... заботился о доме, чинил то, что ломалось, или приходил им на помощь, когда у них золотая цепочка запутывалась, всегда звали меня - "Томми, иди сюда, помоги". Думаю, да, в определённой степени... Но они сами способны о себе позаботиться, знаете.
РБ: Ты познакомился с Ребеккой во время съёмок "Рискованного бизнеса". Вы с ней сразу стали друзьями? Или это постепенно развивалось? Как вы с ней подружились?
ТК: Ребекка Де Морнэй... она потрясающий человек, и я очень уважаю её как личность. Поэтому у нас возникли отношения, из-за нашей дружбы.
РБ: Она твоё продолжение?
ТК: Моё продолжение? Да. Да, это верно.
РБ: В чём?
ТК: Это всё равно что объяснять вкус шоколадного мороженого, или почему я чувствую себя так удобно в джинсах, понимаете? Мне нравятся джинсы, мне в них удобно.
РБ: Одну секунду... (жестом просит Тома приблизиться и поправляет ему сбившуюся на лоб прядь волос) Меня это просто с ума сводит... (Том смеётся) Вот так. Хорошо, сейчас я сделаю странный переход к другой теме. В твой жизни был момент, когда ты едва не стал священником.
ТК: О, вы и правда подготовились. (смеётся) Да, я учился во францисканской семинарии, когда был в девятом классе, но я никогда не думал всерьёз о том, чтобы стать священником. К тому времени прошло уже два года после развода моих родителей, и я... знаете, я не могу сказать точно, почему я это сделал, почему я... Наверное, мне было нужно... Там была такая очень защищённая среда, в этом интернате, и... наверное, это то, что мне тогда было нужно.
РБ: Ты почувствовал себя в мире с Богом?
ТК: Чувствовал ли я себя в мире с Богом? Да. Когда я бываю доволен собой, я чувствую себя в мире с Богом.
РБ: Ты молишься, оставаясь наедине с собой?
ТК: Молюсь ли я... (смеётся, потом становится серьёзным) Вообще-то, да.
РБ: О чём ты Его просишь?
ТК: Я прошу... (долгая пауза; по его лицу видно, как одна мысль сменяет другую) Наверное, я прошу о том, чтобы я мог быть полезным... (еще одна долгая пауза) Это...
РБ: Я тоже молюсь - думаю, как и многие из нас, - но иногда мы не любим говорить об этом, потому что это что-то очень личное. Но я могу сказать тебе, что когда у меня неприятности, и даже когда их нет, я говорю Ему "спасибо".
ТК: Да.
РБ: И если я в беде, я говорю...
ТК: "Помоги". (смеётся)
РБ: Я никогда не молюсь о чём-то конкретном, я только прошу указать мне путь.
ТК: Да. В основном, я просто стараюсь быть честнее с самим собой.
РБ: Том Круз, по-моему, ты потрясающий. О большей честности и открытости и просить нельзя было бы.
ТК: Спасибо.