Роб Лоу, "Истории, которые я рассказываю только моим друзьям" (люди и фильмы, часть 1)

Лето-осень 1982 года, Малибу.

Упадок настроения, который ощущаешь, вернувшись домой по окончании съёмок фильма – это то, с чем сталкиваются все актёры, особенно юные. Драться с каскадёрами, работать над потенциальным кинохитом и жить в собственном номере отеля гораздо увлекательнее, чем выполнять домашнюю работу, спать в своей старой спальне и слушаться родителей. Ты был в радостном возбуждении несколько недель подряд, а теперь приходится возвращаться к «нормальной» жизни среди людей, которые не могут по-настоящему понять, что ты пережил. И хотя я по-прежнему хожу гулять с моей девушкой Мелиссой [Гилберт] и моими школьными приятелями, я всё больше и больше времени провожу по соседству – у Шинов. Мы с Эмилио неразлучны и поддерживаем постоянную связь с Крузом и Томми Хауэллом. Все мы подозреваем (и надеемся), что стали частью чего-то очень особенного, того, что сможет изменить нашу жизнь. Поскольку никто больше об этом не знает, мы как будто храним тайну, которой очень хотим поделиться с другими, но не можем – примерно как обладать супер-способностью, которая еще не раскрыта, или быть избранным, но еще не вступившим в должность президентом. Пока что наша жизнь идёт как обычно, но через несколько месяцев – как мы думаем – всё изменится.

( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )

Перевод: АК

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...

Роб Лоу, "Истории, которые я рассказываю только моим друзьям" (люди и фильмы, часть 2)

Лос-Анджелес, 1982 год.

…Меня ведут по территории, окружающей знаменитый отель «Беверли-Хиллз», извилистой дорожкой среди роскошной зелени и благоуханных садов. Я спрашиваю сопровождающую меня девушку, куда мы идём, и она отвечает просто: «К бунгало». Оказывается, что вдалеке от главного здания отеля прячется несколько уединённых бунгало, порой довольно больших.

«Добро пожаловать в бунгало мистера Де Лаурентиса», - говорит девушка с сильным итальянским акцентом. Она проводит меня в большую гостиную, где в камине полыхает огонь, несмотря на то, что на улице добрых сорок градусов. «Шампанского?» - спрашивает она. Обычно я от таких предложений не отказываюсь, но не в этот раз. В конце концов, я пришёл на встречу по поводу фильма.

Дино Де Лаурентис в одиночку создал послевоенную киноиндустрию в своей родной Италии. Среди многих спродюсированных им фильмов были такие как «Дорога» Феллини, «Три дня Кондора», «Серпико» и «Кинг-Конг». Он хочет посмотреть, не подойду ли я на главную роль в его новом эпическом произведении – долгожданной экранизации «Дюны» Фрэнка Герберта. Это, бесспорно, самый обсуждаемый фильм года. Он будет также и самым дорогостоящим. Мистер Де Лаурентис строит новую студию с нуля специально для его съёмок.

После долгого ожидания в жаркой гостиной меня приглашают в тёмный, отделанный деревянными панелями кабинет, похожий на тот, что можно видеть в начале «Крёстного отца». Не хватает только свадьбы снаружи. Мистер Де Лаурентис сидит за столом и читает какой-то объёмистый документ, пока директор по кастингу задаёт мне несложные вопросы, чтобы можно было оценить мою харизму и личность. Несколько итальянских бизнесменов внимательно за мной наблюдают.

Предположив (верно), что Де Лаурентису будет интересна работа его соотечественника Френсиса Форда Копполы над «Изгоями», я показываю ему фотографию актёрского состава, которую я захватил с собой. Фильм еще не вышел, но я хочу, чтобы он увидел меня в образе.

Впервые с того момента, когда я вошёл в кабинет, он отрывается от своего чтения. Он изучает групповой снимок «гризеров» и поднимает руку, прерывая мою беседу с директором по кастингу на полуслове.

( Звезда! Звезда! )

Перевод: АК

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…

Роб Лоу, "Истории, которые я рассказываю только моим друзьям" (люди и фильмы, часть 3)

Чикаго, осень 1982 года.

Я надеялся, что мой приятель Эмилио будет сниматься вместе со мной в фильме «Класс», но этого не случилось. Случилось вот что: один парень из Нью-Йорка, по имени Эндрю Маккарти, сопровождал на прослушивание своего друга, который пробовался на маленькую роль в этом фильме. Пока его друг читал сцену, директор по кастингу спросил Эндрю, можно ли снять его на Полароид, пока он ждёт.
«Ты не хотел бы сниматься в кино? Может, получишь роль в массовке».
«Почему бы нет», - ответил Эндрю, и тот сделал снимок.

Месяц спустя Эндрю играл главную роль в фильме. Он так и не сказал мне, что случилось с его другом.

Мы с Эндрю удачно подобраны на свои роли, в том смысле, что мы с ним очень разные. Он сдержанный и наблюдательный – Холден Колфилд во плоти. Через десять минут после знакомства с Эндрю я понимаю, что он не станет надевать боксёрский шлем, чтобы устроить спарринг со мной в коридоре отеля. Вместо этого он уговаривает меня отправиться с ним в путешествие по всему Чикаго в поисках камер сенсорной депривации.

Дело было поздним вечером перед нашим первым съёмочным днём.

«Эй, Боб, - по сей день он единственный, кто зовёт меня так, - похоже, я нашёл в газете объявление о двух камерах. Идём». Я был в восторге от недавнего фильма «Другие ипостаси» [Altered States, 1980], где Уильям Хёрт превращается в некое обезьяноподобное существо после пребывания в камере сенсорной депривации. Мне любопытно узнать, что случится со мной.

( ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ )

Перевод: АК

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...